«Было благодатное время»: как строился не только «КАМАЗ», но и эстетика Челнов

В семидесятые годы прошлого века в Набережных Челнах началась знаменитая всесоюзная стройка: возводили легендарный завод «КАМАЗ» и город вокруг него. Однако наряду со строителями и заводчанами в стахановском ритме трудились и художники, без привлечения которых не сдавался ни один объект. «Челнинские известия» побеседовали с искусствоведом, научным сотрудником картинной галереи автограда Еленой Паршиковой о том, кто создал визуальный код Набережных Челнов и почему это историческое наследие важно сохранить.

«Художники требовались везде»

– В 1970-е началась комсомольская стройка. Однако тогда же к работе приступили и художники. Как это было?

– Могу с уверенностью сказать, что в Татарстане Челны – единственные, где активно оформлялись общественные учреждения благодаря специалистам Художественного фонда РСФСР. Более четырехсот художественно-оформительских работ реализовано в городе. Сохранилось немало произведений монументально-декоративного направления, которые вдохновляют рассказать о большом вкладе художников в оформление города.

Представьте, в 1971 году новый город только начинает расти, а уже через год художники в творческо-производственном участке Татарского отделения Художественного фонда РСФСР решают задачи по оформлению первых школ, детских садов, магазинов, строительных организаций. Параллельно проектируют и реализуют праздничное оформление к 7 ноября и 1 мая проспектов старого города, пишут портреты политических деятелей и лозунги на растяжках, оформляют городские  новогодние елки и многое другое.

– Почему монументальные арт-объекты в Челнах размещены в интерьерах учреждений, а не на фасадах?

– На данный момент в городе всего два мозаичных панно доступны для обозрения зрителям: «Энергия» на фасаде автошколы ДОСААФ и «Кама» на стене Дворца культуры «Энергетик». Все остальные монументально-декоративные работы находятся внутри зданий: школ, детских садов, спортивных комплексов. В быстро растущем городе эти учреждения приняли на себя все внимание художников, так как объекты сдавались в указанные сроки и только при наличии художественного оформления.

– Ранее вы упомянули, что несколько ключевых объектов оформлялись столичными мастерами. Что это были за объекты?

– Это было характерно для строящихся городов, куда приезжали профессионалы из Москвы и Ленинграда. Мозаичное панно на торцовой стене ДК «Энергетик» создали казанские специалисты – Рустем Кильдибеков и Валентин Карамышев, кинотеатр «Россия» (Органный зал) оформил Валентин Челомбиев,ДК «КАМАЗ» – Виктор Шабалин. Автором витража в кинотеатре «Батыр» был Юрий Королев. Все это приезжие мастера – те, у кого за плечами был большой опыт.

– Получается, всесоюзную стройку можно назвать уникальным проектом по художественному оформлению города?

– В истории Автограда, на мой взгляд, все было уникальным: появление на карте, его проектирование, масштабное строительство со сжатыми сроками возведения жилья и заводских корпусов. В стремительном ритме трудились и художники.

С быстрым ростом города заказы поступали в Худфонд в огромном количестве – художников просто не хватало. Над эскизами трудились  вузовские специалисты. Они приехали из разных городов и республик нашей родины и связали свою жизнь с Челнами. Выпускники средних художественных учебных заведений работали как оформители, непосредственно выполняли работу в материале, например, выкладывали мозаику на стене. Не имея широкой практики в создании монументальных работ, они быстро учились и осваивали новые техники! Это было благодатное время для творческого роста.

Сегодня важно вспомнить имя Георгия Иванова – выпускника Казанского художественного училища, первого председателя Набережночелнинской организации Союза художников России. Иванов работал в Худфонде с первых дней его основания до приглашения в 1976 г. в отдел главного архитектора «КАМАЗа», где трудился в течение 10 лет. Первые проектные работы художника были реализованы в гостинице «Кама» и ДК «Энергетик»: интерьеры, мозаики, фасады, витраж.  Он был одним из тех, кто ездил в командировки, например, в Среднюю Азию за мрамором, предназначенным для укладки пола в «Энергетике»; в Красноярский текстильный комбинат на консультацию по изготовлению занавеса для сцены. Имея специализацию художника-декоратора, он уверенно работал как проектировщик и как художник-монументалист.

В ОГА «КАМАЗа» Иванов принимал участие в проектировании и реализации множества объектов от полиграфии до благоустройства интерьеров и объектов малой архитектуры в рамках концепции дизайн-программы «Фирменный стиль КамАЗа». Хочу уточнить, что Отдел главного архитектора активно трудился над оформлением общественных пространств новой части города, заводских корпусов, разработал ряд проектов по благоустройству Набережных Челнов. И сегодня  художественную историю города необходимо рассматривать на примере деятельности двух организаций.

 «Любое монументальное искусство идеологическое»

– Почему именно мозаика, витраж и росписи стали основными формами декора?

– Это характерно для изобразительного искусства нашей страны. В монументально-декоративное оформление нашего города входят мозаика, витраж и настенная роспись. Сюда же мы включаем масштабные гипсовые, керамические и деревянные панно, металлический рельеф.

– Были ли в то время заложены повторяющиеся символы или образы, отражающие специфику города?

– Любое монументальное искусство идеологическое, поэтому у нас превалировали темы, отражающие тенденции советского искусства. Например, темы спорта, здоровья, счастливого детства, пионерии, освоения космоса – это была актуальная тематика. Встречается и камазовская тема.

– За те стремительные годы застройки и художественного оформительства сформировалась ли «челнинская» школа?

– Это сложный вопрос. Худфонд за два десятилетия принял в своих стенах более сотни художников из разных городов и республик.  Складывается яркая, но довольно пестрая картина. Единственное, что объединяло художников в творчестве – социалистический реализм, имеющий определенную идеологическую основу.

«Искусство в том виде, в котором было, не имеет спроса – нет государственной поддержки»

– О сохранении культурного наследия. Ребята из движения «Том Сойер» недавно отреставрировали скульптуру Ханова. Как вы к этому относитесь?

– Я хочу поблагодарить ребят, которые могут привлечь внимание людей к культурному наследию и его сбережению. Не знаю, почему они выбрали именно «Метеорит». Реставрации требуют и более масштабные работы автора, особенно те, что расположены на бульваре Энтузиастов. Рано или поздно придется задуматься над этим вопросом серьезно. Ханов уникален тем, что был свободным художником. Не в современной коннотации, а в той, что он мог воплотить задуманное – даже такую абстракцию в те застойные советские времена. Ему, с его добрым, искренним посылом к миру, невозможно было не поверить.

– Расцвет монументального искусства случился в семидесятые, однако есть ли достойные представители направления в дне сегодняшнем?

– Важно понимать, что монументальное искусство в том виде, в котором развивалось в советские времена, не имеет спроса – нет государственной поддержки. Если говорить о современной ситуации в нашем городе, то думаю, всегда найдется достойный преемник, если появится предложение, заслуживающее внимания художника.

Также по теме: В Набережных Челнах после реставрации открыли скульптуру «Метеорит»